День 189. Две истории от настоящих бойцов

Прочитал две книги, написанные замечательными девушками и, вместе с тем, обладательницами железных характеров.

История Марии Шараповы — с детских лет, переезда в США, выигрыша Уимблдона в семнадцатилетнем возрасте над Сереной Уильямс, травма и операция на плече, долгое и мучительное возвращение в теннис и дело с мельдонием, никого не оставят равнодушным.

Идея, которую я для себя вынес из книги — слова отца Марии о том, что если у Тебя сегодня удачный день, то это просто удачный день. А вот если у Тебя цепь удачных дней, то это уже удачная карьера.

Особо запомнились две истории.

Первая объясняет взаимоотношения нашей теннистки с Сереной Уильямс (несмотря на то, что Мария отобрала у нее Большой шлем на заре своей карьеры, личный счет с ней 2-19 в пользу американки).

Маша выигрывала всех, кто обыгрывал Серену, но она сама была крайне сложной соперницей. 

Шарапова пишет, что после победы на Уимблдоне стала свидетельницей слез Серены, при чем не просто слез, а рыданий в раздевалке. Помещения для теннисистов разные, но находятся близко друг к другу, поэтому вся горечь Уильямс была слышна Маше.

Кроме того, от одной из теннисисток известна фраза, которую произнесла Серена вскоре после этого финала «Этой сучке я больше не проиграю ни разу».

Что ж, можно сказать, что свое слово величайшая теннисистка всех времен (я в этом твердо убежден, особенно после того, как по числу выигранных Больших шлемов она обошла непревзойденную Штефи Граф) сдержала.

К слову о величии, у Маши — 5 побед на таких турнирах, у Серены — 23.

Вторая история связана с юностью, когда перед Шараповой встал сложный выбор — играть ли левой рукой (что у нее получалось лучше) или остаться правшой.

Как эта ситуация разрешилась на самом деле, не знает никто, но Мария вспоминает, что ее отец рассказал ей, что однажды, листая гороскоп наткнулся на колонку, где было написано, что у первого номера среди женщин будут инициалы М. Ш. и она будет правшой.

Больше о левой руке он не вспоминал.

Вторая книга написана шестикратной чемпионкой смешанных единоборств UFC Рондой Роузи.

Во время одного из боев с ее участием услышал шутку, что таким девушкам стоит сниматься в фильмах для взрослых, а не колотить рожи друг другу.

Вкусы, впрочем, у всех разные. Судите сами.

Не могу отказать себе в удовольствии привести несколько выдержек из ее книги (найти которую оказалось, ой как не просто).

Чтобы быть бойцом, вы должны быть чем-либо одержимы.

Я начала сражаться с самого рождения. Я билась за свой первый вздох. Я боролась за свои первые слова. Я до сих пор дерусь для того, чтобы меня знали и уважали.

Я бьюсь за своего отца, который проиграл свою битву, покинув этот мир, когда мне было 8 лет, и за свою мать, которая объяснила мне, как одерживать победы буквально каждую секунду этой жизни. Я бьюсь для того, чтобы люди, которые мне дороги, гордились мной. И для того, чтобы люди, которые меня ненавидят, бесились от злости. Я бьюсь за тех, кого уже нет с нами, за тех, кто был брошен, и за тех, кто сражается со своими внутренними демонами.

Жизнь – это битва с первого и до последнего вздоха. Вы должны биться с теми людьми, которые сомневаются в вас. Вы должны биться с теми, кто создаёт стеклянные потолки, которые вам под силу разбить. Вы должны биться со своим телом, если оно говорит вам, что больше нет сил. Вы должны биться со своим разумом, когда в голову закрадываются сомнения. Вы должны биться с системой, которая ставит вас в невыгодное положение и создает препятствия, которые мешают вашему пути. Вы должны биться, потому что можно рассчитывать только на себя. И вы должны биться за тех, кто не может сражаться за себя сам. Чтобы почувствовать настоящую ценность любой вещи, вы должны биться за нее.

Я встаю перед зеркалом. Руками расправляю свои волосы и разделяю их на несколько пучков...

Охрана стучит в дверь, они уже готовы сопроводить нас вниз.

Возле моей двери стоят три человека с наушниками, которые должны сопроводить меня до места проведения турнира.

«Вы готовы?» — спрашивает главный из них, подразумевая мою готовность отправиться вниз на арену.

«Готова» — отвечаю я, подразумевая, что я готова победить.

Я не пытаюсь избавиться от давления на меня. Я впускаю это давление внутрь себя. Ведь именно благодаря давлению пуля вылетает из дула пистолета.

Сначала марля. Затем белая тейп лента, которая издает треск, когда отрываешь её от рулона. Я заворожено смотрю на то, как бинты обвиваются вокруг моих пальцев и переходят дальше на запястье. Эдмонд разглаживает и закрепляет кончик ленты на моем запястье, и я становлюсь ещё на один шаг ближе к той секунде, которую я так ждала и ради которой я столько вкалывала, к той секунде, к которой я готова на сто процентов.

Я слышу рев фанатов в телевизоре. Энергетика толпы сквозь бетонные стены перетекает в меня и пульсирует внутри моего тела...

Часы тикают. Эдмонд усаживает меня на складной стул. Он наклоняется очень близко ко мне и говорит:

«Ты готова гораздо лучше, чем эта девчушка. Ты превосходишь её в каждом аспекте. Ради этого ты столько тренировалась. Ради этого ты пролила столько пота. Ради этого ты надрывала свою задницу. Весь наш упорный труд вел именно к этому моменту. Ты лучшая в мире. А теперь иди туда и отм***хай эту девчушку как следует».

Претендентки на мой титул всегда выходят первыми. Я не вижу её, но я могу слышать отстойную музыку, которая разносится над ареной.  В ту же секунду я начинаю ненавидеть ту песню, что она выбрала для своего выхода.Я могу слышать реакцию публики. Стоя в темном туннеле, я слышу, как они ей аплодируют, но я знаю, что, когда туда выйду я, все зрители просто взорвутся от бури эмоций. Когда выйду я, все буквально сойдут с ума. 

Подойдя к октагону, я стягиваю свои наушники и снимаю свои бойцовские ботинки. Я расстаюсь с толстовкой, футболкой и шортами. 

Эдмонд обмахивает меня полотенцем. Я обнимаю каждого члена своей команды. Ренера. Дядю Джина. Джастина. Эдмонд целует меня в щеку, и мы обнимаемся. Эдмонд вставляет мне в рот капу. Я делаю глоток воды. Стич Дюран, мой катмен, смазывает моё лицо вазелином и отходит в сторону.

Я делаю легкий поклон, при входе в клетку – эта привычка осталась у меня ещё со времен выступления по дзюдо. Я топаю дважды своей левой ногой. Потом правой. Я прыгаю и топаю обеими ногами. Я направляюсь в свой угол. Я кручу своими руками. Я хлопаю себя по правому плечу, потом по левому, затем перехожу на бедра. Я касаюсь земли. Мои секунданты разворачивают банер с моими спонсорами у меня за спиной. Я переминаюсь с ноги на ногу. Я приседаю и снова поднимаюсь. Я ещё раз топаю ногой...

Наконец-то мой взгляд падает на соперницу. Я фиксирую на ней свой взгляд. Я всегда пытаюсь смотреть прямо в глаза. Иногда они отворачиваются.

Но я очень хочу, чтобы они посмотрели на меня.

Я хочу, чтобы она вперилась в мои глаза своим взглядом. Я хочу, чтобы она увидела, что во мне нет ни капли страха. Я хочу, чтобы она поняла, что у неё нет ни единого шанса. Я хочу, чтобы ей стало страшно. Я хочу, чтобы она знала, что проиграет.

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Сахаров Денис
Сахаров Денис
Был на сайте вчера в 17:59
Читателей: 17 Опыт: 784.319 Карма: 5.92687
все 18 Мои друзья